Участник:Novilit/Рабочая область

Вместе веселее Эта страница находится в личном пространстве участника Novilit. Участник Novilit не против того, что другие участники будут совершать правки этой страницы.

Тут лежат куски текста, находящиеся в работе. Просто для того, чтобы не создавать страницы в подпространстве под каждую статью.

Опозорить на публике

Большинство людей заботит то, что думают о них окружающие. Особенно если речь идёт об известных, публичных личностях, не говоря уже о всяких селебрити, которые черпают и средства, и влияние из своей славы. Поэтому зачастую для того, чтоб нанести противнику вред, вовсе необязательно напрямую вредить его здоровью или имуществу: достаточно опозорить противника при всём честном народе. Не говоря уже о том, что разнести врага в пух и прах в прессе можно исключительно в рамках «свободы слова», не нарушив ни единого закона. А урон может быть и похлеще, чем от заброшенного в окно коктейля Молотова. При этом не особо важно, будет ли репутация изгажена сообщениями о реальных преступлениях, мелких, но стыдных проступках или ложью — очиститься в любом случае будет сложнее, чем «набросить».

Подобный ход могут использовать как герои (выводя злодея на чистую воду или используя хитрость там, где привлечь врага за его реальные поступки невозможно), так и злодеи (этим стесняться вообще нечего, могут обеспечить герою скверную репутацию любыми методами; стандартный ход — выставить супергероя преступником или, даже хуже, тираном-узурпатором, чтоб лишить его всякой возможности геройствовать). Как вариант отыгрыша тропа — противник не портит репутацию сразу, а использует возможность её испортить как основу для шантажа. Хороший инструмент для реализации тропа — разнообразная жёлтая пресса и особо беспринципные журналисты. Один из самых сильных способов отыграть троп в современном сеттинге — ложное обвинение в изнасиловании, в средневековом — обвинить дворянина в чём-то, порочащим его честь. Впрочем, если нет нужды или возможности заходить настолько далеко, всегда есть варианты растиражировать сведения об участии врага в нестандартных сексуальных практиках или нарушении приличий.

Противотроп — репутационный гамбит, когда персонаж намеренно портит себе репутацию ради каких-либо целей. Если троп использует сам автор, чтоб нарисовать нелюбимого персонажа особо мерзким и через это «покритиковать» его позицию — это другой троп.

Кино

• «Брюс Всемогущий» — временно получив от Бога всемогущество, журналист Брюс Нолан решает скинуть с желанной должности диктора своего давнего неприятеля, Эвана Бакстера: во время прямого эфира меняет тому голос на писклявый и насылает метеоризм, на ходу вносит неприличный текст в телесуфлёр, а в качестве добивочки заставляет отвратительно кривляться. Тем не менее, после наставительной речи от Создателя Брюс понял, что поступил неправильно, и отказался от едва полученного места обратно в пользу Эвана.

Мультсериалы

• «Скуби-Ду: Мистическая корпорация» — в эпизоде «Где гуляет Афродита?» антагонисткой была женщина в невероятно уродливой маске, которая с помощью химикатов одурманивала жителей города. Ею оказалась Аманда Смит, которая пострадала из-за жестокости сверстников. В юности она была дурнушкой, но однажды одногруппники обманом заманили её на сцену якобы для награждения, но потом напялили на неё уродскую маску и дружно её обсмеяли.

Аниме и манга

• Wolf Guy — Ookami no Monshou — местные бандиты используют троп для особо жестокого выбивания денег. Жертву, от которой хотели, но не смогли получить тысячи долларов, лишают штанов и привязывают на крыше, да ещё и одна из девчонок бандитов делает жертве минет при всём народе.

Видеоигры

• Vampire: the Masquerade — Bloodlines — бывшая модель Ималия ненавидит популярную в настоящее время модель Тауни Сейшнс за то, что та «заняла её место» после того, как сама Ималия была обращена в уродливого вампира. Поэтому она ищет способов навредить сопернице и, если помочь ей по квесту расставить камеры в спальне девушки, сольёт в прессу фото развлечений Тауни, её парня и ламы. После этого Сейшнс покончит собой.

Сопутствующее изнасилование

Если не требуется скрывать следы убийства и преступления вообще, то жертву убийства можно предварительно изнасиловать. А то и во время или после убийства.

Кино

• «Чужой» — робот под личиной человека пытается убить слишком много узнавшую Эллен Рипли путём орального изнасилования, но из-за отсутствия… инструмента изнасилования использует свёрнутый в трубку журнал.

Телесериалы

• «Светлячок» — Пожиратели, нападающие на всё, что движется, чтобы убить, изнасиловать и съесть (и хорошо, если в таком порядке)

Неприличный псих

Что можно сказать о человеке, который ведёт себя как-то неправильно, нарушает социальные нормы и вообще кажется каким-то странным? Первое, инстинктивное побуждение: «Этот человек — псих, возможно опасный, и лучше не иметь с ним дел!». И весьма долго в широко распространённой культуре именно так это и отыгрывалось: если персонаж поступает неправильно — его с шансами ждут неприятности; если персонаж сам весь из себя неправильный — то он с шансами злодей или вовсе какое-нибудь опасное чудо. От этого фундамента в современное время отталкивались многие авторы, деконструируя и отрицая представления о злобности и опасности «не таких, как все», делая всяких странных людей и нелюдей героями, прекрасными девушками, гениями, обладателями суперспособностей… По сути, сейчас стандартный отыгрыш — это как раз-таки положительный чудак. …Что позволяет снова сыграть на ожиданиях, инвертировав троп ещё раз, уже не на 180, а на все 360 градусов. Что, если творящий безумные, невозможные для приличного человека вещи товарищ — на самом деле просто больной? Без тонкой ранимой души, особого взгляда на мир и прочих оправданий — зато с неиллюзорной возможностью испортить жизнь в лучшем случае себе, а то и всем окружающим?

С точки зрения автора, троп позволяет охарактеризовать персонажа, не шибко влияя на фабулу. Есть тот ест свежепожаренных мышат или насилует котят, зритель ещё до начала действия поймёт, что от этого товарища можно ждать какой-нибудь гадости; а если гоняет лысого или играет в «Мою весёлую ферму» на телефоне прямо на работе — то глупости. И даже если с персонажем всё ясно, некоторое количество мелких чёрточек могут разнообразить портрет девианта. С точки зрения персонажа, странно ведущий себя товарищ вызывает напряжение, только большее от того, что приличия требуют его скрывать; по мере накопления мелких свидетельств герой может всё больше и больше убеждаться, что он оказался вместе или даже наедине с сумасшедшим — но всё-таки не будет уверен наверняка, пока тот не перейдёт от чудачеств к явным безумствам. А если даже уровень безумств окажется достаточным, чтоб начать что-то подозревать — будет весьма сложно доказать, что проблема в безумце, а не в «костном обществе, не принимающем тех, кто отличается». Обвинить в похищении детей какого-нибудь среднего мужика куда проще, чем железнозубую зеленоволосую крючконосую старуху, которая всюду таскает с собой мини-пига, подозрительно быстро бегает, неприлично ржёт, шарахается от церквей и жрёт головастиков. Именно потому, что все вокруг читали сказки о ведьмах.

Важно: троп о ситуации, когда действия персонажа вызывают у окружающих/читателя реакцию вида: «Что за фигню этот псих творит», но недостаточно для того, чтоб вызвать полицию или врачей. А на деле вызвать таки надо было бы.

Литература

• Второй Апокалипсис Скотта Бэккера — Икурей Конфас самоудовлетворяется на имперский штандарт, прозванный «наложницей» за то, что хранится в палатке командира. И тем самым показывает, что тараканы у него в голове весьма и весьма затейливые. Он — родственник императора и одарённый полководец, но при этом тот ещё самовлюблённый безумец.
• «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл» Сюзанны Кларк — в своём первом появлении Человек с волосами, как пух у чертополоха показывает себя просто экстравагантным, срывая с Норрелла парик и разглядывая лысину. Во втором — ещё более экстравагантным, поскольку он появляется в чужом доме в одной сорочке, небритым и растрёпанным и требует, чтоб его привели в порядок. А в дальнейшем весьма быстро оказывается, что этот представитель прекрасного народа настолько перпендикулярен человеческим представлениям о должном и не должном, что быть его другом едва ли лучше, чем врагом.
• «Живущий в ночи» Дина Кунца — протагонист знает, что сплошь положительный шериф работает на таинственных злодеев, которые устраняют свидетелей, похищают трупы и вообще делают что-то странное. Но это можно было бы объяснить шантажом или взяткой. По-настоящему страшно становится, когда захвативший героя шериф начинает обсуждать то, что что-то сдохло под причалом и очень соблазнительно пахнет. Следом за этим начинаются рассуждения о том, как злодей провернёт пса героя в машине для измельчения сучков и разбросает по лужайке, а там уже и до людей дело доходит. Так, начав с небольшой странности, шериф за одну ночь мутирует из положительного парня в полное чудовище.
• «Сага о Рейневане» Анджея Сапковского — заключённый Башни Шутов (Narrenturm) по кличке Нормальный. Он утверждает, что он, мол, единственный нормальный тут человек — что не мешает ему предаваться публичному онанизму. Впрочем, в общей камере и уединиться-то негде — но Нормального это обстоятельство вообще не смущает.
• «Чёрная кровь» Ника Перумова и Святослава Логинова — герои пытаются разобраться с буквально сдвинувшим мир и приведшим в движение древних тварей магическим дисбалансом. В ходе своего квеста они посещают последнюю женщину-колдунью их племени и встречают её сына, который и ведёт себя непочтительно, не как положено, и выглядит не так, и магию использует без неблагим способом, и вообще он — результат запретного союза человеческой женщины с представителем другого племени гоминидов. Герои используют отвратного мангаса как провожатого через опасный, населённый враждебными карликами лес — и идут себе дальше: им мир спасать, а не в матримониальных отношениях старой бабки разбираться. А зря: именно этот мангас всё и поломал. Причём без какой-то цели: он ни власти не пытался получить, ни врагов наказать, ни жизнь свою одинокую облегчить. Просто психу нравилось колдовать — вот он и черпал силу полной ложкой, не думая о последствиях.

Телесериалы

• The Boys — Хоумлендер в финале второго сезона, в очередной миг наслаждаясь комплексом бога, мастурбирует ночью на крыше корпорации Vought. «Что хочу, то и делаю!»

Аниме и манга

• Boku wa Mari no Naka — Исао матсурбирует и в одиночестве, и перед самим собой в теле Мари. Ну, то есть, перед Мари, сошедшей с ума и считающей что она — Исао. То есть подобное занятие является проявлением безумия персонажей.
• Дзюндзи Ито любит этот троп:
  • Фигурирующий в куче историй Соичи — мрачный парень, который обожает пугать людей, говорит сам с собой и жуёт гвозди. А ещё он обладает настоящей колдовской силой и с радостью применяет её во зло — правда, обычно получается плохо, потому что Соичи — соицально дезадаптивный и не слишком умный школьник. Большая часть взрослых считают его просто крайне невоспитанным подростком с нестандартными увлечениями и даже одёргивают других героев, если те пытаются что-то сделать с юным мраккультистом.
  • В «Растворении» действуют одновременно крайне часто извиняющийся брат и сестра-хулиганка, которая постоянно корчит рожи и, по слухам, одержима. Первого считают просто очень забитой жертвой буллинга, вторую — больной. На деле девочка на самом деле одержима, а вот её брат — культист, который свои извинения в оружие превратил.
  • В «Городе без улиц» родные героини внезапно увлеклись подглядыванием, раз за разом отрицая её обвинения — и дальше все становилось всё страньше и страньше. Тётя вообще оказалась в центре саморазрастающегося города без улиц, где от приватности отказались вообще.
• В «Глицериде» обычная история о неблагополучной семье прерывается упоминанием странной привычки брата главной героини — он любил пить масло. Это оказывается началом целой мании, которая в итоге превращает парня в обезумевшего затворника, а после подталкивает к безумию и его отца.
• В «Плесени» жильцы сначала просто разводят беспорядок в съёмном доме… потом упоминается, что квартиросъёмщик крайне увлекался исследованием плесени… а в конце оказывается, что папаша — помешанный на плесени безумный учёный, чей эксперимент явно вышел из-под контроля.
• В «Биодоме» ещё один безумный учёный сначала показывается экстравагантным, пожирая генномодифицированных зверушек… потом ещё более экстравагантным, предлагая даме тех же существ в сыром виде, от сверчков до змеиной крови в бокале… а потом и вовсе превращается в маньяка, превращающего людей в вампиров.

Видеоигры

• Outlast — ближе к концовке дополнения Whistleblower можно заметить психа, который дрочит на трупы. И это нихрена не забавно, а омерзительно до тошноты.